Главная >> Информационный сборник >> №11 Январь, 2014 >> Б.Харебов. Кто на самом деле питает сепаратизм?

Информационный сборник: №11 Январь, 2014

Раздел: Аналитика

Статья: Б.Харебов. Кто на самом деле питает сепаратизм?

 

КТО НА САМОМ ДЕЛЕ ПИТАЕТ СЕПАРАТИЗМ?

 

 

В истории человечества не было периодов, чтобы на всей планете установились бы мир и покой – где-то должно полыхать и литься кровь. И суть не важно, носят ли военные действия вселенский масштаб (мировые войны) или охватили всего лишь небольшой регион (локальные войны). Участники, и прежде всего, организаторы, а еще чаще победители в этих заварушках нередко, оправдывая свою агрессию, дают войнам свои определения. Так они становятся «гражданскими», «освободительными», «священными» и т.д. Утверждается, что идет защита национальных, конфессиональных, культурных интересов. Как бы там не было, и как бы напыщенно не обозначалось самое жестокое смертоубийство, цель всегда бывает одна: борьба за территории. И если походы Македонского, Чингисхана, Наполеона, Гитлера и иже с ними прямо указывали на захват чужих земель и подчинение других народов, то теперь все стало приобретать изысканно извращенную форму. Одно дело, когда племена воюют за пищу, воду, пастбища, выход к дорожным артериям   - здесь все ясно. Но когда стреляют и бомбят с целью «утверждения демократии», то становится понятным, что кое-кто решил показать свою силу и мощь и установить самими же выдуманный «мировой порядок». США воевали и продолжают воевать во Вьетнаме, Югославии, Ираке или Афганистане вовсе не из-за того, чтобы сделать из этих стран новые штаты, а для того, чтобы расчленить их, установить послушные режимы, иметь доступ к сырью. В конечном итоге – это та же борьба за территории (сейчас их можно изящно обозначить как «сферы влияния»).

Учитывая этот фактор, становится ясным, что любая война, особенно мирового масштаба, неизменно приводит к перекраиванию государственных границ. Победитель спешит застолбить завоевание.

Притчей во языцех стала история с приграничной областью Эльзас и Лотарингия. После очередной европейской военной заварушки этот регион оказывается в составе то Франции, то Германии. Немцы проиграли последнюю войну, поэтому этих благодатных земель лишились, и сейчас германоязычный Страсбург стал французским городом. Кроме того, СССР как победитель занял Восточную Пруссию (Калининградскую область), а немецкие Судеты перешли к Чехословакии. Саму Германию распилили на зоны и два государства. Что касается СССР, то он, в виде компенсации, получил еще и Курильские острова, на которые до сих пор претендует Япония.

По инициативе тех же победителей создаются различные международные институты, которые заявляют о теперь уже окончательном переделе земель и незыблемости границ. После Первой мировой войны таким межгосударственным арбитром была Лига Наций. Но со своей высокой задачей она не справилась, и после второй по счету мировой войны, ее сменила ООН. Совершенно не случайно штаб-квартира организации расположилась в Нью-Йорке, а США выплачивает самые крупные взносы за содержание этой структуры. Вполне понятно, что тот, кто платит, тот и заказывает музыку. Поэтому международный форум то под давлением, то в результате шантажа, угроз, прямого подкупа принимает те решения, которые устраивают Вашингтон. Хотя с каждым годом, особенно в рамках Совета Безопасности ООН, США все труднее становится протащить свои проекты. Поэтому американцы дали понять, что в случае чего – ООН для них не помеха и поступать они будут исходя исключительно из своих собственных интересов (как это было при случае несанкционированного нападения на Югославию и Ирак). Теперь уже ООН не может служить гарантом безопасности, крупные западные игроки дают понять, что теперь им никто не указ и напасть и покарать «строптивых» они готовы без всяких санкций и согласований.

Для соблюдения незыблемости границ создаются и другие международные институты – Хельсинская Хартия или ОБСЕ, например. Именно они объявили, что территориальная целостность приоритетна перед правом нации на самоопределение. Но как раз они же нарушили ими же установленный порядок, запустив принцип двойных стандартов. Теперь одним (избранным) стало позволяться все, а другим даже заикнуться не позволялось о своих интересах. Западные политстроители, наплевав на ими же установленные правила,стали создавать новые государственные образования, которые соответствовали их стратегическим устремлениям. В одних случаях территории объединяли в одно целое, в других – резали по-живому. Вместо двух немецких государств, с высочайшего согласия последнего советского правителя М. Горбачева, образовалась единая Германия – нынешний европейский лидер. На севере Кипра отделился турецкий анклав, который, собственно, никто кроме самой Турции не признал. Мирно, почти незаметно, разошлись Чехия и Словакия.

Но затем наступил период «великого раскола». И события развернулись в рамках развалившегося СССР и вокруг него. Вдаваться в подробности крушения последней великой империи сейчас не имеет смысла. Бывшим советским республикам и автономиям было позволено брать суверенитета столько, сколько смогут переварить. Некоторые, в условиях такой вседозволенности, явно переоценили свои силы. Не всякая пища переваривается. Латвия, Литва и Эстония отделились от СССР, можно сказать, органично и безболезненно (не считая, пожалуй, событий в Вильнюсе). И это было понятно, поскольку эти страны недолго находились в составе Союза, не успели глубоко пустить корни, к тому же были с распростертыми объятиями приняты во все европейские структуры (ОБЕС, Евросоюз, НАТО). У других субъектов СССР такой решительный отскок не получился. Прежде всего по причине наличия национального фактора. Оказалось, что, кроме мононациональной Армении, все остальные постсоветские республики оказались многонациональными. И бывшие нацменьшинства вполне законно потребовали для себя свой суверенный «кусок пирога». Новые правители почему-то решили, что процессы, сопровождавшие развал Большой империи, их нисколько не касаются. В результате появились такие уродливые проявления, как межнациональные конфликты. Новые правители, не понимая и не умея действовать в условиях самостоятельности, когда следует принимать внятные, конкретные решения, не нашли ничего умнее, как прибегнуть к силе. Это оказалось большой ошибкой. Вместо создания компактных, монолитных и сплоченных государственных образований, новые власти придумали себе головную боль в виде очагов напряженности. Пошло дальше. Грузия окончательно потеряла пятую часть своей территории – от нее отошли Южная Осетия и Абхазия, которые уже добились международного признания в виде суверенных государств. Тех же двадцати процентов своей территории лишился и Азербайджан в результате потери Нагорного Карабаха и буферных территорий. Вернуть их политическим путем – более чем проблемно. А военный путь решения конфликта непредсказуем для всех сторон. С головой бросавшаяся в объятия пока Румынии, а, в конечном итоге, Евросоюза, Молдавия уже почти четверть века как лишилась Приднестровья – своей промышленной составляющей, а в скором времени может остаться и без Гагаузии.

Западные мироустроители, несмотря на то, что заклинают всех не трогать границы, сами нередко испытывают зуд по внесению каких-то корректив на политическую карту мира. Иногда решения бывают спорными и уже ошибочными. Появились молодые, но малосодержательные государства в лице Западной Сахары, Южного Судана, Восточного Тимора. Никак не решится вопрос с Палестинской автономией. Никаких подвижек не наблюдается в отношении курдской проблемы. А их, как считают эксперты, по миру уже 15 млн. человек, и они конкретно занимают значительные территории Турции, Ирака и Ирана. При этом эти регионы соседствуют, а значит каких-то границ здесь нет.

После развала СССР кое-кто поспешил объявить, что настала эра однополярного мира, со всеми вытекающими из этого последствиями. Иными словами, на планете объявился один хозяин, который, без оглядки на кого-либо, будет устанавливать правила игры, вершить и карать. Затем был запущен проект «глобализация», который горячо поддержали радикальные осетинские политики. Но он из-за собственной несостоятельности вовремя провалился. СССР, как противовес США, уже не существовал, Россию довели до ручки и не давали подняться. Забеспокоилась старая Европа, где стали понимать, что очень скоро окажутся в полной зависимости от Вашингтона. Он, конечно, устраивал и устраивает их как мощный и всесильный союзник, но никак не как диктатор. Тогда и было принято решение создать США равнозначный противовес в виде объединения европейских государств. Такая структура была создана в 1992 году на основе Европейского экономического союза и получила название Европейского союза (Евросоюз). В него поначалу входило шесть государств, сейчас их 28. Они даже, в противовес доллару, ввели свою валюту – евро. По сути – это система государств, в которых действуют одни законы, где нет границ, а есть полная свобода перемещения. Единое правительство решает, что кому и сколько производить, как торговать. Они же устанавливают рамки для налогов, социальных льгот (пенсии, пособия), системы трудообеспечения. С самого начала структура ЕС оказалась рыхлой, со временем процесс усугубился, что привело к финансовым и экономическим кризисам в ряде стран. Стремление включить в Евросоюз как можно больше стран за счет постсоветских и югославских республик и государств Варшавского договора был изначально ущербен и еще больше расшатал систему. К тому же Евроцентр стал терять авторитет, выставляя перед неофитами явно дискриминационные требования. От Сербии, например, потребовали выдачи Гаагскому суду экс-президента Милошевича и согласия на факт наличия Косово (это после того, как страна подверглась варварским обстрелам, а потом на ней первой опробовали эффект «цветных революций»). Сербы путем внутренних компромиссов пошли на такие уступки, но взамен обещанных денег не получили, а их еврочленство оказалось эфемерным. Еще более скандальной получилась ситуация с Турцией. Та еще 25 лет (!) назад подписала с Евросоюзом соглашение об ассоциации (такое же как 8 ноября 2013 года подписали Молдавия и Грузия и не подписали Украина и Армения), а воз и ныне там…

Со времен создания Евросоюза в политическом лексиконе все чаще стало появляться слово «сепаратизм», с явно негативной окраской. Поначалу в этом смертном грехе обвиняли северных ирландцев и басков. Со временем этот круг заметно расширился. Поначалу считалось, что этот тревожащий феномен подпитывается оголтелым национализмом, которому требуется дать решительный отпор. Но и здесь западные политические стратеги оказались непоследовательными, они не смогли выработать некую систему или хотя бы ранжировать стремящихся к независимости народы. Здесь опять же был использован никудышный метод «индивидуального подхода». При этом использовались столь убогие доводы, что краснела бумага, на которую они выплескивались. Канадский Квебек, Шотландия, Гренландия, Каталония, Корсика, Фландрия и Валенсия (под самым носом у штаб-квартиры Евросоюза), Тибет, Кашмир и еще много других проблемных территорий недвусмысленно дали понять, что намерены идти до конца и самоопределиться в рамках независимого государства. Уже проходят референдумы, проводятся многотысячные митинги, разрабатываются программы по отсоединению, народ готовят к новым реалиям.

Здесь особой строкой стоит Косово. Эта автономия в составе бывшей Югославии почему-то сильно приглянулась западным миростроителям. Несмотря на бешенное сопротивление Белграда, предупреждений со стороны все еще трезво мыслящих политиков, Вашингтон и Брюссель приложили колоссальные усилия для создания в центре Европы второго албанского (к тому же мусульманского) государства. В кратчайшие сроки новое образование нашло признание десятка стран, хотя в ООН еще не попало. Кстати, косовары, в одностороннем порядке, объявили о своей независимости в августе 2008 года, а в августе того же года Грузия совершила нападение на Южную Осетию и Абхазию и потерпела позорное поражение. Причем не только военное, но и политическое. Две ее бывшие автономии получили международное признание и стали суверенными государствами. Пока еще их признали шесть стран. Когда западных политиков спрашивают, почему они признали Косово, но не хотят признавать Южную Осетию и Абхазию, то в ответ звучит, что это «не тот случай». Но самое интересное заключается в том, что никто и никогда не смог объяснить и никто и никогда не смог услышать, в чем заключается этот пресловутый «тот случай».

И тут мы перейдем к главному: что подпитывает или, говоря по- ленински, что является движущей силой сепаратизма? Махровый национализм поднимает голову в странах-изгоях типа Туркмении, Узбекистана, Грузии, где выбран путь на строительство мононациональных государств. Украинский национализм в стране, где больше половины населения является русскоговорящим, все больше приобретает форму оголтелого фашизма. В странах Прибалтики и Польше национализм, который давно и заметно переступил все принятые европейские нормы, никак не связан с сепаратизмом и густо настоян на русофобии.

Так вот, возможно будет высказана неожиданная мысль, но все сводится к тому, что рассадником современного сепаратизма в Старом Свете является … сам Евросоюз – организация, судя по заявлениям, интегрирующая, объединяющая. Доказательств этому собралось много, но можно остановиться на нескольких.

Великобритания – является одним из столпов евроинтеграции. Без нее никакое европейское объединение представить себе невозможно – оно попросту будет несостоятельным. В Евросоюз страна вошла со множеством «но» и оговорив для себя некие исключения. Отказываться от своего фунта ради евро Лондон не стал. С самого начала многие единые для союза законы вызвали у британцев явную неприязнь, и они требовали от своего руководства не подчиняться слепо общим порядкам, а придерживаться своих интересов. Обстановка особо обострилась осенью ушедшего года, когда парламент потребовал разобраться с мигрантами, в частности ограничить въезд в страну болгар и румын. Такой подход не соответствует уставу Евросоюза, о чем британскому руководству было сообщено. Уязвленный премьер Дэвид Кэмерон заявил даже, что страна, скорее всего к началу 2017 года, вообще покинет Евросоюз. Любопытно, что в то же время тот же Кэмерон в Вильнюсе настойчиво упрашивал украинского президента Виктора Януковича подписать соглашение об ассоциации с «европейской семьей», которую сам намеревается покинуть.

На этом фоне заметно усилились сепаратистские настроения в Шотландии. Там вопрос независимости всплывал постоянно. Местные патриоты напоминают, что их страна всегда существовала самостоятельно, и только два столетия назад ее хитростью и в результате предательства пристегнули к Англии, а посему – следует восстановить историческую справедливость. В конце ноября прошлого года первый министр Шотландии Алекс Сэлмонд – главный идеолог шотландского суверенитета – представил план перехода к независимости, если на референдуме 18 сентября 2014 года население региона поддержит эту идею. План изложен в Белой книге (правительственном документе) объемом 670 страниц.

Главный аргумент возглавляемой Сэлмондом Шотландской националистической партии в пользу независимости – ее хорошее экономическое здоровье. По словам Сэлмонда, на протяжении 32 лет Шотландия вносила больше налогов в казначейство Соединенного Королевства, чем другие регионы страны. Если она станет независимой, то займет 8-е место по размерам ВВП и 10-е по доходу на душу населения среди развитых стран. У Шотландии не только развитая экономика, но и большие природные ресурсы. Это прежде всего касается газовых месторождений Северного моря. На 90% они останутся во владении Шотландии.

Впрочем, план Сэлмонда не полагает полный разрыв с Англией. Полагается сохранить унию корон. Эдинбург требует независимости главным образом от парламента и правительства Великобритании. Но при этом хочет сохранить верность короне и не готов отказаться от фунта и Би-би-си, которые считает и своим достоянием.

Свой план Сэлмонд считает оптимальным и призывает шотландцев воспользоваться представившимся нынешнему поколению единственным шансом и ответить «да» на вопрос, хотят ли видеть свою родину независимой. Если на референдуме большинство выскажутся за независимость, то она будет провозглашена после переходного периода 26 марта 2016 года, а в мае пройдут первые парламентские выборы уже независимой Шотландии.

Но, если к Шотландии, стремящейся к независимости, приклеить бирку «сепаратизма» не у всех хватает духа, то по просторам постсоветского пространства термин гуляет без всяких преград. То, что именно Евросоюз подогревает сепаратистские настроения, ярче всего продемонстрировал все тот же ноябрьский саммит в Вильнюсе. С проектом «Восточное партнерство» еврочиновники носились как с писаной торбой. На него крупно поставили, и от успеха продвижения зависел престиж организации, ее дееспособность. Поэтому в литовскую столицу прибыли главы всех стран Евросоюза, намереваясь гуртом, как всегда, продавить свои решения. Но здесь все пошло наперекосяк, что стало болезненным ударом для вершителей судеб, пусть и только в европейских масштабах.

Окучиванию подлежали шесть советских республик, которые опоясывают Россию с запада и юга. Хотя бы этот факт свидетельствует о том, что цель проекта – это отдалить еще больше эти страны от России, сделать их полностью управляемыми, превратить в буфер (с наличием военного элемента) между Европой и РФ. Однако декларировалось все несколько иначе. «Восточным партнерам» предлагалось подписать соглашение об ассоциации с Евросоюзом, что считается шагом по направлению к вступлению в организацию, и о создании зон свободной торговли. Кстати, документ об ассоциации Евросоюз подписал ранее с такими неевропейскими странами как Марокко, Алжир, Чили, ЮАР. Подписал и с Турцией 25 лет назад, и турки до сих пор считают себя одураченными и не скрывают обиду. Два года назад такая же бумага была подписана и с Украиной, и в Вильнюсе ожидалось подписание подтверждающего документа. Что касается зон свободной торговли, то оказалось, что Евросоюз договорился о них аж с Мексикой и Палестинской автономией.

В Вильнюсе от «восточного партнера» Белоруссии ничего не ждали, и ее присутствие (без невыездного А. Лукашенко) было чисто символическим. Азербайджан сходу объявил, что сам вполне самодостаточен и в преференциях от Евросоюза не нуждается (возможно, это своего рода солидарность с Турцией). Армения заявила, что движется не в Евросоюз, а в Союз Таможенный и ничего подписывать в Брюсселе не намерена.

Основная борьба развернулась вокруг Украины, поскольку проект «Восточное партнерство» строился именно под нее, и она была здесь главным призом. Но еще до Вильнюса состоялась научная конференция, посвященная проблеме приграничных зон. Больше половины докладов здесь были посвящены украинской тематике. Украинские эксперты, самой различной ориентации, сошлись во мнении, что движение в сторону Европы приведет к расколу страны. Если бы Янукович подписал соглашение об ассоциации, сразу бы определилась линия разлома. Запад и центр страны мечтает быть в Европе. Жители этих регионов убеждены, что после подписания кабального соглашения, перед украинцами откроются все границы, они смогут когда угодно ездить в Париж и Лондон, проводить время, учиться в престижных вузах, прилично зарабатывать (на худой конец – получать пособия). Саму Украину, по этому сценарию, вмиг завалят деньгами с подарками. Откуда взялась эта детская вера в «молочные реки и кисельные берега» - сказать трудно. Возможно, бедных украинцев вдохновил пример не менее бедных восточных европейцев, которым в той же Англии предоставляется жилье и выплачивается пособие, что приводит к тому, что иммигранты в социальном плане более благополучны, чем коренные британцы (это, кстати, и вызвало протест англичан против приезжих и заставило Кэмерона выступить с жесткими определениями).

Тут вспоминается случай с одним цхинвальцем. Женившись, у него появилась возможность переехать в Германию, чем он и воспользовался. Вернулся через три года. Рассказывал, что жил в пригороде одного из крупных городов, в выделенной квартире, получал за семью (жена, двое детей) пособие. На вопрос, освоил ли он язык, отвечал, что для получения пособия в этом нет необходимости. Что касается работы, то предлагаемые варианты «нового немца» не устраивали, поскольку требовали затраты физических сил. Такая пассивность привела к потере пособия и возвращению на родину. Сейчас несостоявшийся европеец вполне благополучно играет во Владикавказе на похоронах.

Но вернемся к Украине. Восток и юг страны вместе с Крымом видят свое будущее только с Россией, а именно здесь проживает половина населения страны, и здесь же сконцентрирован основной промышленный потенциал. Поэтому евроустремления запада страны вполне реально может привести к расколу государства (а это уже не сепаратизм, а нечто масштабнее). Этому, кстати, очень поспособствовали западные политики и руководители, которые гуртом и поодиночке, без всякого приглашения, ездили на Майдан, здесь учили «самостийных» как им дальше жить и что еще учудить, чтобы оказаться в Европе. Кажется, мало кого заботит, что такие действия квалифицируются как вмешательство во внутренние дела, а раздача митингующим плюшек (зам. госсекретаря США Нуланд) – это уже национальное унижение. Если сейчас вопрос об евроинтеграции Киев заморозил, то это не значит, что он окончательно снят с повестки дня. О нем несомненно вспомнят во время очередного саммита в марте 2014 года в вне всякого сомнения он станет самым обсуждаемым во время президентских выборов 2015 года.

Еще резче, чем восток Украины, выступил против евроинтеграции Крым.

Верховная Рада Крыма, большинство в которой составляют депутаты от Партии регионов, дважды обращалась к президенту Украины с требованием навести конституционный порядок в стране. Крымские депутаты призвали главу государства в случае необходимости ввести режим чрезвычайного положения, чтобы не допустить реализации западного сценария. По их мнению, целью евромайдана является хаос в Украине. Было сказано также, что в таких условиях ставится под вопрос само нахождение Крыма в составе Украины. Тут следует учитывать еще и фактор крымских татар. С каждым годом их присутствие в регионе становится все более ощутимым. Так вот, большинство этого этноса также против евроинтеграции. С одной стороны, так подсказывает им Турция, чье влияние здесь становится определяющим. К тому же руководители национального движения прекрасно понимают, что в рамках Евросоюза у них нет никаких перспектив. Добавим к этому еще и наличие Черноморского флота РФ с центром в Севастополе, который, в случае чего, готов взять в руки ситуацию в регионе.

А теперь о тех, кто не «подвел» европейцев. Это Грузия и Молдавия. Оба фигуранта подписали все, что от них требовали брюссельские сидельцы, за что им было обещано членство в ЕС, которое, судя по примеру Турции, может состояться тогда, когда самого Евросоюза в природе существовать уже не будет. Молдавия, к тому же настолько дословно выполнила все требования Брюсселя, в плане корректировки законодательства, налоговой политики, замораживания пенсий и пособий, что ей даровали безвизовый режим, правда, при обязательном наличии биометрических паспортов.

Самое интересное заключается в том, что нынешние «евроотличники», устроили войны против своего же населения, преследуют нацменьшинства, подавляют инакомыслие, что обычно строго осуждается европейцами. Но в данном случае на такие «шалости» законодатели европейских политических мод решили не обращать внимание. По их мнению, кровавые режимы Тбилиси и Кишинева на самом деле «образцы демократии» и их следует всячески поддерживать. Такой извращенный подход не делает чести «просвещенным» европейцам и еще раз доказывает, что для достижения своих сомнительных целей они готовы на все.

Европейским лидерам, скрипя сердце, пришлось расстаться с выпестованным и взлелеянным Саакашвили. Заклинания о «территориальной целостности» и «оккупированных территориях» давно набили оскомину. Южная Осетия и Абхазия – это реалии сегодняшнего дня и в состав Грузии уже никогда не вернутся. Тут Тбилиси и его патронам следовало бы озаботиться тем, что осталось. А здесь проблемы более чем серьезны. Аджария все больше превращается в турецкий вилает. Армяне Джавакха категорически против того, чтобы их главой был грузин, назначаемый из Тифлиса. А у набирающего мощь Азербайджана находится все больше времени, чтобы заняться судьбой своих соплеменников, проживающих в Грузии, где их открыто признают людьми второго сорта.

Еще больше, чем Грузия возбудилась после вильнюсского саммита Молдавия. Здесь кое-кто уже видит себя в самом центре Евросоюза. Эти настроения активно подогревают президенты Молдавии и Румынии Николас Тимофти и Троян Бэсеску. Оба они по сути являются «хромыми утками», уходящими натурами, поэтому их высказывания отличаются экстравагантностью и экспрессией. Оба глубоко движимы идеей воссоздания «Великой Румынии» в границах 1939 года. А это означает окончательное поглощение Молдавии Румынией. Впрочем, этот процесс уже идет полным ходом. Большинство молдаван уже имеют румынское гражданство, молдавские студенты обучаются в Бухаресте, молдавские военные проходят обучение в румынских военных вузах. А недавно государственным языком Молдавии был назван румынский.

О позиции Приднестровья по данному вопросу уже неоднократно говорилось. Там давно и недвусмысленно заявили, что объединение Румынии и Молдавии, пусть и границах Евросоюза, означает полный и окончательный разрыв отношений Тирасполя с Кишиневом. Этой же позиции придерживается теперь и Гагаузия (территория на юге Молдавии). Сепаратистские действия гагаузов спровоцированы перспективой объединения Румынии и Молдавии, а за всем этим во весь рост стоит Евросоюз. По словам главы (башкана) Гагаузии Михаила Формузала, дело дошло до того, что на 4 февраля этого года здесь намечен референдум, на котором народ должен ответить на два вопроса. Первый, инициированный башканом Гагаузии, - об интеграции – в ЕС или Таможенный союз. Второй касается отложенного статуса Гагаузской автономии, закон о котором собирается принять Народное собрание. Речь о том, что в случае потери Молдавией своего статуса, например, при объединении ее с Румынией, гагаузы объявят автономию независимой республикой, как это было сделано в 1989 году.

Парламент Гагаузии обсудил вопрос отделения избирательной и судебной систем автономии от молдавской. И депутаты Народного собрания утвердили собственный избирательный кодекс, а также преобразовали автономные суды.

До сих пор собственного избирательного кодекса Гагузия не имела и проводила выборы и референдумы на основе молдавского выборного законодательства. По словам депутата Народного собрания Ивана Бургуджи, в Гагаузии может появиться собственная Центральная избирательная комиссия.

Странное получилось дело – Евросоюз, созданный как организация, ставящая цель объединение государств Старого света – некий противовес США – на деле своими действиями и проводимой политикой, по сути, провоцирует сепаратистские настроения. Более того, даруя независимость одним и запрещая ее другим, организация создает конфликтную ситуацию, выход из которой, опять же из-за позиции ЕС, оказывается тупиковым. Создание единого европейского политического и экономического пространства вовсе не решило континентальных проблем, а только лишь их породило. Это только на бумаге и во время различных саммитов, с обязательной фотосессией, все выглядит гладко. Евросоюз то и дело переживает потрясения. Экономические кризисы в Ирландии, Испании, Португалии, Италии, наконец, в Греции удалось погасить с большим трудом и путем больших затрат. Ропщут немцы, за счет которых, главным образом, погашаются долги стран-неудачниц. Недовольны и те же греки – им установлены квоты на производство оливкового масла, поскольку в рамках ЕС этот продукт «поручено» поставлять на рынок Испании. Если та же Украина войдет в союз, то вместо 6 млн.тонн зерна ей позволят выращивать только один. Таким образом, многие страны принуждают отказаться от традиционных производств, заставляют заморозить целые отрасли промышленности и сельского хозяйства.

Евроинтеграция приводит еще и к тому, что на фоне деления стран на условно богатых и бедных, внутри этих стран происходит некая экономическая дифференциация. О Шотландии речь уже велась. Но куда острее ситуация в Каталонии, где протестные массы более мощны и радикальны, а призывы к отделению звучат достаточно отчетливо. Евросоюз, загнав Испанию в долговое стойло, заставил благополучную Каталонию задуматься о том, что они должны оплачивать чужие расходы. Уже одно это подталкивает этот регион к сепаратизму. И тут уже собираются миллионные демонстрации и проводятся референдумы. Но тот же Евросоюз поспешил заявить, что если Каталония выйдет из состава Испании, то отдельно в ЕС она принята не будет. Впрочем на эту «угрозу» каталонцы отреагировали откровенно вяло.

А перед Евросоюзом, если он надеется сохраниться в первозданном виде, стоят достаточно сложные задачи, решать которые следует незамедлительно. Пора прекратить делить страны и народы на «своих» и «чужих». Пора снять розовые очки. Понять и смириться с реальностью, хотя бы с той, что Южная Осетия уже не часть Грузии и никак не «оккупированная территория», а суверенное, международно признанное государство. Сегодняшний день предъявляет Евросоюзу новые вызовы, на которые ему придется внятно и адекватно отвечать. Собственно, от этого и зависит его будущее.

 

Батрадз Харебов

Председатель Парламента >>
Мачнев Алексей Васильевич
Мачнев А. В.