Главная >> Информационный сборник >> №11 Январь, 2014 >> Р.Бзаров. Марк Блиев – ученый и гражданин

Информационный сборник: №11 Январь, 2014

Раздел: Культура

Статья: Р.Бзаров. Марк Блиев – ученый и гражданин

 

МАРК  БЛИЕВ – УЧЕНЫЙ И ГРАЖДАНИН

 

В январе этого года исполнилось 85 лет со дня рождения ученого и общественного деятеля  Марка Максимовича Блиева  (1929-2011), доктора исторических наук, профессора, Заслуженного деятеля науки Российской Федерации и Северной Осетии.

Марк Максимович Блиев родился 5 января 1929 г. в селении Средний Урух (осет. Быдыры Дæргъæвс) Северной Осетии. В 1951 г. окончил исторический факультет Северо-Осетинского государственного педагогического института, а в 1956 г. – аспирантуру по кафедре истории СССР периода капитализма Московского государственного университета. В 1958-1963 гг. заведовал отделением истории Северо-Осетинского научно-исследовательского института истории, языка и литературы. В 1964 г. перешел на работу в СОГПИ – ныне Северо-Осетинский государственный университет имени К. Л. Хетагурова. В 1967 г. защитил докторскую диссертацию «Русско-осетинские отношения (40-е гг. XVIII – 30-е гг. XIX в.)». В 1969-1974 гг. был деканом исторического факультета СОГУ. С 1980 г. профессор М. М. Блиев заведует кафедрой истории СССР дореволюционного периода – в 1992 г. она переименована в кафедру российской истории и кавказоведения.

Научно-педагогической работе сопутствует масштабная исследовательская и научно-административная деятельность. М. М. Блиев – организатор и директор Института истории и археологии Республики Северная Осетия-Алания при Северо-Осетинском государственном университете. Институт вырос из Северо-Кавказской археологической экспедиции и Лаборатории по изучению памятников истории и культуры Северной Осетии – М. М. Блиев возглавил их в 1978 г. К середине 1980-х гг. под его руководством был создан Археологический музей. А в 1993 г. на базе этих подразделений университета сформировался Институт фундаментальных исследований СОГУ, преобразованный в 1996 г. в республиканский Институт истории и археологии.

За перечнем должностей и званий – шестьдесят лет неотступного служения исторической науке, верность однажды избранному пути, на который будущий ученый вступил в 1947 г., став студентом исторического отделения учительского института (в послевоенные годы еще существовала такая ступень образования, предшествовавшая полному курсу пединститута). Даже краткого послужного списка достаточно, чтобы заметить необычность этой профессорской биографии: докторская диссертация в 38 лет – большая редкость у историков, а тех, кто мог бы похвастать созданием научного института, – единицы в истории науки.

Несомненно, М. М. Блиев занимает собственное, только ему принадлежащее место в кавказских исследованиях второй половины XX и начала XXI в. – он признан в качестве одного из крупнейших специалистов по истории Кавказа, его труды по русско-кавказским отношениям и Кавказской войне стали этапами в развитии отечественного кавказоведения.

В научном творчестве М. М. Блиева отчетливо выделяются несколько основных тем – их можно назвать ведущими направлениями, в которых развивалась его исследовательская деятельность.

Первое из таких направлений (с ним связаны и самые ранние работы ученого) составляет изучение русско-осетинских отношений и социально-политической истории Осетии в составе Российской империи, русско-кавказских отношений и присоединения кавказских стран к России. Разрабатывая историю присоединения народов Центрального Кавказа, М. М. Блиев выдвинул общую концепцию и периодизацию истории русско-северокавказских отношений. Ее главный смысл – в преодолении мнимого противоречия между мирным характером присоединения народов Северного Кавказа к России и последующими военными конфликтами. Рассматривая вхождение кавказских народов в состав российского государства как длительный процесс, М. М. Блиев делит его на два важнейших этапа, разделенных актом правового оформления подданства. Острыми противоречиями и конфликтами был осложнен именно второй период – время установления военной администрации, неизбежно встречавшей сопротивление. Итоговые работы этого направления – статья «О некоторых проблемах присоединения народов Кавказа к России» (журнал «История СССР», 1991, № 6) и монография «Кавказ и Средняя Азия во внешней политике России» (в соавторстве, М.: Изд. МГУ, 1984).

Самостоятельное научное значение имела источниковедческая и археографическая работа, неизменно сопутствовавшая изучению российско-кавказского взаимодействия. Архивные разыскания М. М. Блиева заново открыли и обеспечили письменными источниками социально-политическую и культурную историю Осетии XVIII в. За фундаментальной монографией «Русско-осетинские отношения (40-е гг. XVIII – 30-е гг. XIX в.)» последовало издание двухтомного сборника документов «Русско-осетинские отношения в XVIII в.» (Орджоникидзе: Ир, 1976-1984).

Второе направление исследований первоначально вырастало из необходимости объяснить конфликтность русско-кавказских отношений XIX в. Позже эти болезненные и самые дискуссионные проблемы исторического кавказоведения целиком завладели вниманием ученого и заставили пересмотреть традиционные подходы. Углубленные занятия привели М. М. Блиева к созданию новой теоретической модели Кавказской войны. Первая статья об этом – «Кавказская война: социальные истоки, сущность» (журнал «История СССР», 1983, № 2) – вызвала бурную дискуссию, которая сразу же вырвалась за пределы науки и захватила широкие общественно-политические круги. М. М. Блиев предложил не просто свежие идеи, он сформулировал новаторские методологические принципы, представив Кавказскую войну как переход от патриархально-общинного строя к сословно-классовому обществу и государству. Внешняя событийная сторона, прежде выглядевшая пестрым набором малосвязанных военных эпизодов и труднообъяснимых политических лозунгов, оказалась проявлением глубинных общественных процессов, которые при всей своей уникальности имели ясную стадиально-типологическую природу.

Итогом многолетних занятий историей русско-кавказских отношений XVIII-XIX вв. и Кавказской войны стала капитальная монография «Россия и горцы Большого Кавказа. На пути к цивилизации» (М.: Мысль, 2004). Концепция Кавказской войны, предложенная в нашумевшей статье 1983 г. и получившая развитие в последующих работах, в этой книге представлена в виде завершенной теории. Становление русско-кавказских связей, мирное сотрудничество и военные конфликты освещаются как часть цивилизационного развития горных обществ Большого Кавказа.

До М. М. Блиева никто не ставил такой амбициозной цели – описать грандиозный механизм исторической эволюции, проходящей через экстремальную фазу общественного переустройства, воссоздать динамику, показать направление и объяснить смысл культурно-религиозных, политических, социальных перемен. Понятно, что источники по Кавказской войне пришлось прочитать заново – в суровом контексте породивших их общественных отношений, без политико-идеологической суеты и псевдоромантической экзотики.

М. М. Блиеву впервые удалось представить истоки, события и результаты Кавказской войны как особый вклад в революционный переход человечества от родовых систем организации и мифологических форм сознания к строительству государственных структур, осмыслению личной и общественной жизни в ценностной системе монотеизма и суперэтнической (в данном случае – исламской) цивилизации. Духовная, военная и государственная деятельность Шамиля опиралась на ясную программу, которую имам «поверял событиями на Аравийском полуострове и историческим опытом пророка Мухаммеда». Возможно, самое неожиданное из того, что показал нам М. М. Блиев – образ самого имама. Политик и воин, великий реформатор и создатель государства, Шамиль оказывается блестящим интеллектуалом – первым историографом мюридизма и имамата.

Определив типологическую связь полномасштабной «горской Революции» с аналогичными событиями предшествующих эпох из истории разных стран и народов – в том числе европейского и арабского средневековья, – М. М. Блиев вывел обсуждение актуальнейших проблем кавказоведения из замкнутого круга описательных версий,  перевел его на теоретический уровень. Соответственно, руководители и деятели Кавказской войны впервые предстали не провинциальными партизанами-патриотами или «борцами с колониализмом», а величественными героями мировой истории.

Теория М. М. Блиева дает, наконец,  научно-историческое объяснение длительности и ожесточенности военного противостояния горских обшеств с Россией при абсолютной несоизмеримости демографических и хозяйственных ресурсов, военно-технических возможностей сторон. Навязывая имперские порядки, Россия встала на пути объективных закономерностей «сословно-классовой» революции, и потому столкнулась не с отдельными социальными группами, идеологиями или движениями – а с тотальным сопротивлением всего революционного социума. Вместе с тем военное вмешательство России стало действенным катализатором общественных процессов: переход к новой социальной организации уложился в считанные десятилетия – конечно, ценой неисчислимых жертв. Наряду с трагедией взаимного непонимания, ученый обнаруживает в кавказской политике империи суровую цивилизационную школу, кардинально изменившую отношение политической и военной элиты к событиям и деятелям «антироссийского» движения горцев, оставившую неизгладимый след в русской культуре и общественном сознании.

Труды М. М. Блиева представляются достойным завершением полуторавековой истории изучения Кавказской войны и многообещающим началом нового историографического этапа, на котором проблематика кавказской истории и российско-кавказских отношений XVIII-XIX вв. обещает сделаться материалом для общетеоретических исследований в истории и обществоведении. В том числе – в прикладных разделах исторической социологии и политической антропологии, тем более что в той мере, в которой завершение «горской Революции» оказалось невозможным в XIX в., Кавказская война обречена на продолжение. И нашим современникам уже в конце XX в. пришлось стать свидетелями этих непреодолимых «постскриптумов» истории. Впрочем, о злободневных сюжетах в статьях и монографиях о Кавказской войне нет ни слова: оставаясь в жестких рамках исторического повествования и исторической теории, автор лишь заставляет думать коллег и внимательных читателей.

Примечательная черта М. М. Блиева-историка – его обращение к прошлому всегда связано с необходимостью понимать настоящее, разрешать современные проблемы, искать пути в будущее. Высокая гражданская ответственность – главное объяснение тому, что в научном творчестве профессионального историка появилось еще одно направление – историческая конфликтология. Прогнозируя военно-политические конфликты на Кавказе и пытаясь их предотвратить, М. М. Блиев активно участвовал в научных форумах и общественных формированиях, имевших миротворческие цели. Он был членом оргкомитета и докладчиком на крупнейших международных конференциях по теории конфликтов, руководил российско-британским семинаром по прикладной конфликтологии. Обсуждая грузино-осетинские отношения или чеченскую проблему, претензии на Пригородный район или положение беженцев, он во всех случаях исходит из твердого убеждения: для выхода из кризиса, для грамотной организации миротворческого процесса совершенно необходимо ясное представление о социально-исторических истоках и долговременных тенденциях развития политического конфликта. В жесткой и эмоциональной книге «Южная Осетия в коллизиях российско-грузинских отношений» в число причин грузино-осетинского конфликта впервые включены как особенности социального развития Грузии, долго зависевшей от феодального Ирана, так и недальновидная политика России, создавшей в Закавказье основы для провинциальной грузинской империи.

Равно характерная для мировой и отечественной практики неготовность общества и государства использовать научное знание вовсе не освобождает ученого от ответственности. У него нет выбора, его судьба – объяснять сегодня, даже если понимание наступит завтра или, избави Бог, не наступит никогда. История и конфликтология органично соединились в научной публицистике М. М. Блиева – его статьи неизменно вызывают широкий резонанс, заставляют читателя определить собственную позицию и вслед за автором – хотя бы на время – поверить в могущество добра и торжество здравого смысла. В конце 80-х и первой половине 90-х гг. XX в., на самом тяжелом для Осетии отрезке новейшей истории М. М. Блиев – один из лидеров национальной интеллигенции, составившей ядро оппозиционного общественного движения и в значительной степени определившей параметры гражданского мира – вопреки внешней агрессии и терроризму.

Своим высшим титулом М. М. Блиев считает звание профессора, важнейшей миссией – преподавательскую деятельность. Его лекции по русской историографии и истории народов Кавказа пользуются неизменным успехом у студенчества. Под его руководством написаны и защищены десятки диссертаций. По учебникам, написанным им в соавторстве с коллегами, многие годы изучают родную историю школьники Осетии.

Его труды и концепции не только не потерялись на фоне кризисов и перестроек, но засверкали новыми гранями, обнаружили новую глубину смысла. Если и есть здесь какой-то секрет, то скорее всего – это творческая открытость жизни, задающей все новые и новые вопросы, искреннее стремление к новому знанию и, конечно, талант искать и находить собственные ответы.

История – пожалуй, единственная наука, никогда не страдавшая отсутствием общественного внимания. М. М. Блиев еще в молодости был замечен и оценен коллегами, любим читателями, знаменит на родине и широко известен за ее пределами. В числе нескольких историков и политиков, никогда не служивших в МГУ, он включен даже в «Энциклопедический словарь Московского университета». Заслуженный деятель науки Российской Федерации и Республики Южная Осетия, кавалер «Ордена Почета» Российской Федерации и ордена «Знак Почета» – высшей награды Республики Южная Осетия, обладатель Серебряной медали имени И.А. Ильина «За развитие русской мысли» – это далеко не полный перечень наград выдающегося ученого.

Руслан Бзаров,

доктор исторических наук

 

Председатель Парламента >>
Мачнев Алексей Васильевич
Мачнев А. В.