Главная >> Информационный сборник >> №17 Сентябрь, 2014 >> Т.Таболова: Память не обмануть. Беслан – часть нашей прошлой, настоящей и будущей жизни

Информационный сборник: №17 Сентябрь, 2014

Раздел: Беслан. 10 лет

Статья: Т.Таболова: Память не обмануть. Беслан – часть нашей прошлой, настоящей и будущей жизни

ПАМЯТЬ НЕ ОБМАНУТЬ

Тамара Таболова: Беслан – часть нашей прошлой,

настоящей и будущей жизни

 

Хотите вы знать об этом или нет – Беслан, вместе с Древом скорби – всегда рядом. Каждый год, вот уже десять лет, я пишу о Беслане, по просьбе друзей, под псевдонимами…

В этом году отказалась от всех предложений. Но промолчать не получается. И дело даже не в том, что я владею эксклюзивной информацией... просто боль не становится меньше. И страх не становится меньше. И отчаяния меньше не становится. Просто Беслан навсегда останется частью меня. Самой уничтожающей тревогой. Самым невыносимо необъяснимым. Страшным шрамом на самом видном месте.

Я первый раз за десять лет напишу о Беслане от себя.

В тот день мы с Хасаном Кариевым снимали новую школу на Сухом русле. Все бы ничего, вот только сны были тревожными. Об этом говорили, готовясь к съемкам, Тима Кусов и мама. Помню Дзасохова, который не пройдя и половины пути по новым коридорам школы, заторопился выходить. Мы выехали за его кортежем. Информации было очень мало. Знали только: террористы в Бесланской школе. Все.

Есть у нас друг. Он работает в структуре, о которой не говорят вслух. Он встретил нас у пятиэтажки рядом со Школьным переулком. Тем самым, в котором было столько похорон после… Он сказал, чтобы мы не отходили от стен. Мы стояли, не осознавая пока, чем все это может закончиться..., а уже после…, совсем после, наш друг скажет «…лучше тысячу раз умереть самому, чем видеть смерть, пожирающую детей»...

Первый день для меня останется в памяти днем надежды и молчания. Никто не озвучивал своих гипотез. Хотя были и те, кто нес чепуху. Таких всегда бывает много – они любят быть «первыми», «важными», «значимыми», говорить многозначительные вещи… Большинство же людей молча смотрели на матерей, которые по разным причинам не смогли попасть в школу со своими детьми… Это было страшно…, но как же мы тогда не понимали, насколько всем станет страшнее…

Самым ужасающим был второй день. Потому что именно во второй день Бесланской трагедии все окончательно поняли — с подобным никто в мире еще не сталкивался. А значит, нет человека, который точно знает, что нужно делать, чтобы избежать трагедии.

Мы приехали рано утром. В обычное время даже пригородные села бывают безлюдны… Людей было очень много. Везде. Я продюсировала группу одного из федеральных каналов и сама работала на два – российский и европейский. Весь Иринформ был в Беслане. Кто-то работал для радио, кто-то для картинки на ТВ, кто-то делал полноценные сюжеты…, но все мы после тех дней стали совсем другими. Поняли цену каждого слова…, которое могло обнадежить… Я смотрела на лица людей и видела — все мы чувствуем, что приближается что-то жуткое…

Передо мной всплывает картинка – мы сидим на ступенях Дворца культуры. Со мной две женщины. Одна из них жила неподалеку от нас (ведь я бесланская невестка)… Она больше никогда не увидит своего ребенка… никогда не прижмет его к груди и не успокоит, сказав «все будет хорошо"... Я помню, как, приехав домой под утро, прижалась к сыну и плакала…, а потом долго кричала в подушку, сидя на полу ванной… потому что понимала – теперь я никогда не смогу обещать ему, что все будет хорошо. Никто не может этого обещать…мы такие жалкие и беззащитные…

Я не буду писать о третьем дне... Скажу лишь – мой брат не говорил после почти неделю… Ничего не говорил… Мы позже узнали почему – когда собирали архив, увидели Табола и еще нескольких человек из штаба, среди тех очень многих, которые бросились к школе после взрыва, которые несли деток… окровавленных деток подальше от АДА…

После Беслана я перестала бояться природных катастроф. Я стала бояться только человека. Потому что только человек может быть жестоким до потери сознания… Он идет на это осознанно. Продумывая свои действия, давая им оправдания, как же мы пережили Беслан? Как же мы беспечно тратим свою жизнь, не отдаваясь своим близким целиком?

Одна из бесланских матерей сказала мне однажды «никогда не грусти...ты не можешь грустить, пока живы близкие. Все остальное можно изменить". Сусанна, Аннета, Марина, Света, Фатима, Ритуля, Зарина… Я не знаю, как вам удалось остаться такими сильными... Как же я не хочу знать каждую из вас… Как же не хочу помнить ваши истории...

Несколько лет назад я впервые поняла, что не хочу выходить из спортзала Первой бесланской школы… Я осталась ночью с мамочками (они повторяют этот ритуал каждый год – не выходят из школы три дня… как их детки, не покидая спортивного зала…) Я не боялась смотреть на лица тех, чьи фотографии и сейчас, спустя десять лет, рвут сознание на части... и я разглядывала каждого, пыталась уловить знаки — почему именно они? Я не знаю, помнишь ли ты, Аннета, но ты сказала мне в ту ночь, сидя в углу под фотографией своего ребенка:  "...они здесь. Все здесь..."

Аннет, они правда здесь… Всегда... Навсегда... В каждом из нас… Вот тут — в сердце. И пусть пройдет еще сто лет, «они» останутся, и каждая наша слеза в эти дни — символ десятилетнего отчаяния, обжигает землю, напоминая о том, что ЧЕЛОВЕЧЕСТВО САМО ПОСТРОИЛО ГОРОД АНГЕЛОВ!!! для детей, которых убило… Как же можно забыть о Беслане, зная адрес «Города Ангелов»?

Простите нас девочки... мы приходим к вам, не спрашивая разрешения. Ночь… Кладбище… тысяча дней без детей… Я иду с Сосланом Туаллаговым и Олегом Дубининым между рядов и высматриваю знакомые лица… Вот могила нашей соседки по Беслану и ее деток…. Вот слова на памятнике. Пламя свечи в моей руке делает смысл этих тихих ночных строк таким громким! «Ангелы… Боль… Мама…. Слезы… Ребенок...  Почему… А ведь так хотелось жить…»

Мы подходим к молодой женщине… Она стоит прислонившись к могиле мальчика… Это Зарина… А это был ее единственный сын… она так молода и красива… поднимает глаза, а они пустые. Мы хотим быстро пройти мимо, не в силах сдержать слез, но она останавливает нас... Сама начинает рассказывать о своем мальчике… умном, самом замечательном на свете, чутком… «Однажды он спросил меня: «Мам, как же ты будешь без меня?». Я тогда не понимала, почему он говорит об этом, а теперь понимаю…».

Я плачу в голос и не могу остановиться… не хочу остановиться, потому что не знаю, как помочь ей сделать боль не такой невыносимой. Тогда она думала, что у нее не будет больше детей… об этом говорили и врачи, поставив сложный диагноз. Но прошло несколько лет, и я приехала снимать Зарину и ее сына, рождение которого все считают чудом. Зарина вышла проводить нас и вслед сказала: «Никогда не знаешь, что случится завтра. Если сегодня есть чему радоваться — нужно делать это изо всех сил».

Я так радовалась, что моему оператору удалось поймать каждое из этих слов… А потом стало так плохо… вы понимаете, какой ценой ей дались эти слова?! И еще, я не могу не сказать о тех людях, которые, рискуя жизнью, спасали детей. Вы представляете, ведь они всегда в шапках невидимках… И у них есть дети… и они чьи-то дети… я кланяюсь мужеству тех, чей памятник, как вечный пост, стоит в Городе Ангелов. Они не родились в Осетии. Возможно, они и не знали толком, что в Осетии культ детей…но они пришли и стали частью нашего сердца – разделив с нами горе. Став частью этого горя…

Разрывая сердце на части, раскладывая сознание на атомы от ужаса, Бесланская трагедия никогда не станет для меня воспоминанием… и пусть мир живет, не желая помнить ни о наших Ангелах, ни об их Городе, в котором они теперь живут... Но он — мир – обязан знать: для нас нет даты, с которой начинается новая жизнь. Беслан – часть нашей прошлой, настоящей и будущей жизни. И как говорит мой друг, потерявший в Бесланской школе маму и брата, «…нужно делать все, что даже сложно представить, но не допустить повторения Беслана».

Простите, что получился сумбур… Память не обманешь. Вам кажется, что вы можете обмануть ее и забыть то, что пугает? Наивные… память существует вне зависимости от ваших желаний. Так же, как Беслан. Хотите вы знать об этом или нет – Беслан, вместе с Древом скорби – всегда рядом. Есть то, что нужно помнить… но есть и то, что невозможно забыть. Мира всем… при хорошей памяти!

 

Председатель Парламента >>
Мачнев Алексей Васильевич
Мачнев А. В.